ГОЛОВКО СТЕПАН ВЛАДИМИРОВИЧ

Сержант

Родился в 1922 году в селе Черноводск (ныне — Карасу Сайрамского района Туркестанской области Казахстана). Окончил четыре класса школы. Работал в колхозе, затем был учеником слесаря, слесарем на Манкентском ремонтном заводе.

5 (по другим данным, 20) декабря 1941 года был призван на службу в Рабоче-Крестьянскую Красную Армию Сайрамским районным военным комиссариатом Южно-Казахстанской области Казахской ССР и направлен на фронт Великой Отечественной войны. К 1943 году командовал отделением 961-го стрелкового полка 274-й стрелковой дивизии 36-го стрелкового корпуса. Участвовал в битве за Москву, боях подо Ржевом, освобождении Смоленской области. Два раза был ранен. Погиб в бою 4 октября 1943 года. Похоронен в братской могиле в деревне Лонница Краснинского района Смоленской области. Посмертно представлялся к званию Героя Советского Союза.

Был награждён орденами Ленина (08.06.1944, посмертно) и Отечественной войны 2-й степени (18.10.1943).

Памятники Головко установлены у деревни Белеи Краснинского района и в его родном селе Карасу. В честь головко названа улица в Карасу.

Из книги С. Е. Семёнова "Неизвестные герои Смоленщины" (Смоленск: Свиток, 2026):

Степан Владимирович Головко был потомком переселившихся в конце XIX века в Туркестанское генерал-губернаторство малороссов, основавших село Чёрная Речка, позднее переименованное в село Черноводск. Как и тысячи его сверстников, он ушёл на фронт в роковом 1941 году. К 1943 году он уже был обстрелянным бойцом, командиром отделения. Комсорг их батальона, капитан Михаил Георгиевич Шмелёв, вспоминал в написанных через тридцать лет после войны воспоминаниях момент прибытия Головко в роту: «Когда Степан Головко прибыл в роту вместе с пополнением, командир, окинув его проницательным взглядом, сказал: «Вот это парень! Хорош!» У бойца было открытое, мужественное лицо с темными, живыми глазами. Обветренное лицо дышало уверенностью и внутренним спокойствием. Над правым карманом гимнастерки золотистая нашивка – почетный знак ранения. Приняв отделение автоматчиков, сержант Головко вскоре сделал его лучшим в роте. Он терпеливо и настойчиво учил своих бойцов военному делу, показывал как надо владеть автоматом, гранатами, как действовать в бою. В часы отдыха брал газету и читал ее вслух бойцам, иногда запевал песню, и она лилась вольно и широко, поднимая боевой дух. Так в труде и в учебе шли дни… В бою Головко преображался. Глаза его горели лютой ненавистью к врагу. Он смело шел в бой, увлекая за собой бойцов ...»

В конце февраля 1943 года в его роте прошло комсомольское собрание, на котором рассказывалось о подвиге рядового Александра Матросова. Шмелёв вспоминал: «Помню, как глубоко его взволновали слова Наркома обороны: «Великий подвиг товарища Матросова должен служить примером воинской доблести и героизма для всех воинов Красной Армии». Выступая на том собрании, Степан сказал: «Никакие преграды не могут остановить того, кто твердо решил победить. Победе не может помешать даже смерть». После собрания я видел его в кругу новобранцев, читающего стихи поэта-фронтовика в дивизионной газете: «Сильней удар, смелей порыв, врага проклятого отбросим, а если смерть придет – умрем, как умер Александр Матросов…» Слова эти в отношении Степана Владимировича Головко оказались пророческими...

Почти весь август и начало сентября 1943 года рота Головко сражалась в Ярцевском районе Смоленской области. В тех боях Степан Владимирович лично уничтожил два пулемётных расчёта и 18 гитлеровцев, за что был представлен к ордену Отечественной войны 2-й степени.

В начале октября 1943 года подразделение Головко уже сражалось на подступах к Белорусской ССР. 4 октября 1943 года рота получила приказ о штурме деревни Ермаки Руднянского района Смоленской области. Задача была трудной — противник укрепился во всех домах, оборудовал дзоты с пулемётами. Несколько раз бойцы переходили в атаку, но, столкнувшись с ожесточённым сопротивлением, откатывались назад. Во время последней атаки стрелки залегли под шквальным огнём и смогли вернуться на исходные позиции лишь когда стемнело.

Головко вместе со своим товарищем  получил приказ — совершить разведывательную вылазку для выявления местонахождения вражеских огневых точек. Под прикрытием темноты они подобрались к окраине деревни. Отослав бойца наблюдать с близлежащего бугра, он дал несколько очередей по ближайшим зданиям, а затем бросил несколько гранат. Гитлеровцы, не выдержав, открыли беспорядочный огонь, обнаружив себя. Вскоре они опомнились и запустили несколько ракет, осветив местность. Пора было уходить. Головко добрался до условленного места встречи, но его товарищ так и не появился. Степан Владимирович нашёл его смертельно раненым на бугре, откуда тот вёл наблюдение. Перед смертью боец нашёл в себе силы перечислить увиденные им огневые точки. Головко взвалил его на себя и двинулся к своим. К сожалению, живым донести товарища ему не удалось — тот вскоре скончался. Добравшись до роты. Он доложил командиру о результатах разведки

С рассветом огневой шквал обрушился на гитлеровские позиции, сметя их оборону. Рота поднялась в атаку. Когда до деревни оставалось совсем немного, из-за заросшего бурьяном бугра неожиданно ударил пулемёт — там оказался не подавленный артиллерийским огнём дзот. Степан Владимирович перебежками подобрался к нему и, выдернув кольцо гранаты, замахнулся для броска. В этот момент его тело прошила пулемётная очередь. Смертельно раненый, широко распластав руки, Головко бросился на амбразуру и накрыл её собой. Ценой своей жизни, повторив подвиг Александра Матросова, он обеспечил успех действий роты — Ермаки были освобождены от более чем двухлетней гитлеровской оккупации…

Вышеописанная картина осталась в памяти очевидцев, которые поведали подробности боя уже в письмах, газетных статьях и мемуарах. В наградном листе, несмотря на довольно художественное, редкое для военных документов, описание боя, говорится о том, что смертельно раненный в грудь и живот Головко подорвал дзот гранатой. Впрочем, как бы то ни было, его последний подвиг действительно обеспечил успех роты в том трудном бою…

Могила сержанта Головко осталась за тысячи километров от его родины. Спустя тридцать лет комсорг батальона Шмелёв писал так: «Среди садов и виноградников раскинулось село Черноводск. На одной из улиц его стоит белый домик, под окнами которого каждый год расцветают розы, спеют красные вишни, а в саду зреет виноград и пахучие яблоки. Есть в этом саду одна раскидистая яблоня, которая была посажена четверть века назад подростком Степой. Часто можно видеть здесь пожилую женщину. Она подолгу стоит у дерева. Это Федосья Ксенофонтовна Головко — мать Степы. В годы, когда на нашу страну напал коварный враг, мать проводила на фронт своего любимого сына. Он часто писал матери, и почти в каждом письме была такая фраза: «Знай, мама, что твой сын не уронит чести советского солдата…»

На открытие мемориала приехали Анна Владимировна Головко — сестра героя, Вера Петровна Головко — жена его брата, Елена Емельяновна Волченко — работница завода и следопыты школы имени Серго Орджоникидзе, где учился Степан. Возглавила делегацию завуч школы — первая учительница героя Вера Харитоновна Багметова. Казахстанцы подарили краснинцам макет памятника Степану Головко, установленного на его родине, куст южноказахстанского хлопка, схематичную карту, показывающую, в какие города идет продукция из Черноводска. Члены делегации как дорогую реликвию увезли к себе в Казахстан горсть земли с могилы солдата, а также 25 смоленских елочек, образцы льна, выращенного на Смоленщине...»

Прошло много лет. Уже никого не осталось ни из сослуживцев Головко, ни из его близких родственников, да и родное его село осталось в другое стране и носит другое название. Но по-прежнему стоит памятник на 444-м километре трассы М-1 «Беларусь» возле деревни Белеи, и по-прежнему люди несут к братской могиле освободителей в Лоннице цветы и венки. Память о сержанте Головко и его боевых товарищах продолжает жить!